Родился 23 мая 1953 года в г. Волгограде, тогда Сталинграде. В 3-х летнем возрасте перенёс тяжёлое заболевание и с целью укрепления здоровья был отправлен родителями в деревню, на родину моего отца. Отец мой, Алёхин Алексей Иванович, был родом из деревни Павловка Добринского  района Липецкой области. С этой деревней и связаны все мои дошкольные воспоминания. Парное молоко, горячий хлеб из печки, мёд в сотах и свежий воздух — все это сделало свое дело. К школе я приехал домой здоровым жизнерадостным крепышом.

1 сентября 1960 года, как и все дети моего возраста, пошёл в школу. Детей оказалось много и места всем в старой школе №119 не хватило. Лишних, в том числе и меня, отправили в соседний поселок Водники в школу для начальных классов.

Учёба в этой школе мне запомнилась оценкой «5» за букву «р». Помню как  возвращаясь из школы, я, увидев издалека отца, побежал ему навстречу, размахивая портфелем и крича во весь голос: » У меня 5 по букве «р».

С 1963  года началась моя учеба в новой построенной к тому времени школе №115 в тех же Водниках. Путь мой до школы составлял по времени не менее 20 минут и это пешком и в любую погоду.

В 1966 году я с группой товарищей пришел в районный Дом пионеров и нас приняли на курсы игры на балалайке, это было время, когда все мы,мальчишки, уже болели битлами и гитарами. Мой старший брат Саша, большой любитель музыки, выносил динамики на улицу и на всю мощь включал магнитофон-его музыку должны были слушать все. За год хождения в Дом пионеров мы сносно научились играть и даже выступали с  концертами. Помню наш первый концерт в какой-то воинской части. Мы очень все волновались, но всё прошло, кажется,  успешно и нам бурно апплодировали и даже накормили в солдатской столовой гречневой кашей с мясом. Но балалайка не была нашей мечтой, все грезили гитарой. Но когда на следующий год мы пришли на занятие и попросились на курсы гитары, нам всем отказали, сказали нет мест.

В нашем оркестре гитаристов было всего двое, а все остальные играли на балалайках или на домре.

Так закончилось моё грамотное обучение музыке. Дальше обучение продолжилось только на улице, но зато на гитаре, которую впервые купила мне моя бабушка, Евдокия Ивановна Криволапова.

Восьмой класс запомнился особенно. Битловка, костюм без воротника, в то время входил только в моду и брат мой, самый модный на поселке, оказавшись со мной на примерке в ателье, в то время было обычным явлением шить одежду в ателье, так как в магазинах купить что-то модное было практически невозможно, посоветовал мне сшить такой костюм, и я согласился. Сколько слёз пролила моя мама, когда его увидела. Но на другой у неё денег не было и пришлось идти в школу в нем. В школе в таком костюме я был, конечно, один. Все учителя были, как сейчас модно говорить, в шоке. А классный руководитель, преподаватель истории Маргарита Михайловна, не смогла и не забыть, и не простить. В моей характеристике после окончания 8-го класса она посчитала нужным написать такую фразу: «слишком много внимания уделяет своей внешности».

Восьмой класс я закончил со множеством троек в аттестате. Друг мой, Женька Смирнов, уже 2 года как учился в нефтяном техникуме и потащил меня туда же. Я сдал документы, подготовился к экзаменам, но по баллам не прошёл. Одного балла не хватило. Помню хорошо, как сидел я на скамейке, ждал электричку и услышал разговор сидящих рядом таких же, как и я, мальчишек. Один из них с досадой говорил: «И зачем я поступил в этот техникум? Ведь просто так сдал документы и на тебе- поступил!» И что-то во мне, как говорится, перемкнуло. Я понял, что учиться надо и притом серьёзно. Чтоб поступить даже в том случае, если этого и не хочешь.

Я решил все начать с нового листа. Поэтому я понёс документы не в свою 115-ю школу, а в 119-ю, где с 1-го класса, я считал, и должен был учиться. Документы приняли. Неделю я учился спокойно. Но однажды на уроке математики, где я успел уже проявить себя с положительной стороны, я услышал зычный голос директора школы Ивана Ивановича, доносящийся до нас из коридора: «Где этот Алёхин?Кто его принимал?». Тут дверь в класс отворилась и вошёл Иван Иванович. Увидев меня, он подошёл и сказал: «Завтра же обратно в 115-ю!». Никаких вопросов и разъяснений дальше не последовало. Директор как вошёл неожиданно, так и вышел, оставив весь класс и учительницу в полном недоумении. Учительница постаралась меня успокоить и посоветовала, зная, видно, нрав директора, не относиться серьёзно к его словам. Я  так и сделал. На следующий день, как ни в чём не бывало, пришёл на уроки. И всё обошлось. Директор обо мне больше не вспоминал, и я спокойно продолжил учиться.